?

Log in

No account? Create an account

April 5th, 2019

Мимо шикарных кладбищ

Наконец-то мы сподвиглись заняться обустройством могилы родителей, а заодно и нашей когда-нибудь. Плиту надо поменять на новую, армированную, новый цветник засыпать камешками, плитку положить. А нам то просто неохота, то другие планы, то Ёж в очередных командировочных ебенях, то все дороги красные. В конце концов сели и поехали. Дороги, ясно, опять красные, зелёные они у нас только с четырёх до пяти, само собой, ночи. Или утра, хз. В общем, за два с половиной часа доехали, хорошо, что двинулись по МКАДу, городом дольше.
Народу полно, все в основном уже обратно идут, а мы только туда. Мастер в гранитной мастерской рассказал , все обычно с утра ходят, типа, души на кладбище ждут до обеда, поэтому надо пораньше. Интересно, во сколько у душ обед. Прилетели, такие, позавтракавши с утра, и до обеда ждут, дежурят, может, кто придёт. Или они до нашего обеда ждут - не знаю. У нас обед в четыре, так что мы успели.
- Вы же на пасху всё равно приедете? Как раз и надпись проверите, чтобы ошибок не было, - говорит нам мастер.

Я вообще не понимаю этой чудовищной традиции. Праздник Навещания Могил - что может быть хуже. И Украшательства Могил - жуткими мёртвыми кислотно-неоновыми цветами, которые потом превратятся в огромные горы грязного мусора и годами будут лежать на свалках. Я помню дедушек и бабушек, помню отца - живых, здоровых, весёлых, молодых, а на кладбище они вспоминаются совершенно по-иному... И думаю, им гораздо важнее было бы знать, что я выросла умной и красивой, что у меня есть надёжные друзья и любовь близких, чем несколько раз в год видеть меня на кладбище. Они же и так каждый день на меня могут посмотреть, как я понимаю. У них же там не места заключения, а полная свобода.
Нет, на пасху мы точно не приедем. И ещё на родительскую, и накакую-то там горку тоже. А фотографии надписи я и по вотсапу посмотрю, делов-то.
- Большое дело сдвинули, - говорит довольный Ёж. - И Надюшке потом с нами проблем меньше, когда всё готово. Надпись закажет, и всё. Если я первый откинусь, ты ко мне не езди, нечего мотаться. Если всё хорошо сделают, здесь лет тридцать всё простоит, и даже траву полоть не придётся.- Я киваю, да, отлично без травы, кто же спорит.
Два с половиной часа в обратной пробке мы сидим в уютной машине, слушаем музыку, подпеваем "Нашему радио", глупо шутим о смерти и кладбищах, ржём над тупыми анекдотами. Я хочу, чтобы он помнил меня такой, как сейчас - сижу по-турецки на переднем сиденье, потому что сидеть обычно жопа уже отвалилась, и я недовольно бурчу, и с сигаретой в зубах, кривляющейся под песенку про "ботиночки он носит нариман". И пусть тоже не ездит на кладбище (на метро и автобусах это тоже около четырёх часов, ох...ть же!), не устраивает специальных поминальных суббот - ни до обеда, ни к вечеру. Пусть просто помнит. А любить нужно при жизни, потому что потом уже поздно, да уже и не надо...